FRPG-каталог в жанре фэнтези "Шабаш Инквизиции"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Край Земли.

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Допустим на пару минут, что я умею работать в графическом редакторе, работать с кодами и писать.


http://s4.uploads.ru/GoxHg.png

— Блуждать в ледяных небесах даже пожиратели не рискуют, — сказал Набатор, не пытаясь унять стук зубов об глиняную чашку с горячим чаем, — пошло все это к черту, Данкан, я туда не сунусь.
— Я слишком близко к северному краю, чтобы возвращаться обратно в город.
— Ты сдохнешь там, Хельгой забытом месте.
— Где марадин[1], там и Хельга, Набатор, — Данкан допил свой чай, кинул чашку в кожаную сумку, покрытую ледяной коркой, надел пропитанные дымом и теплом костра варежки и валенки и взглянул на трех молодых парней, которые за время путешествия к гнезду драконов помертвели лет на двадцать. Они почти не чувствуют своих рук и ног, их лица, несмотря на шерстяные маски, обморожены и приняли синеватый оттенок, а в глазах тлеют угли некогда большого костра вдохновения, силы и молодости. Тех людей, что отплывали из города с великой целью исследовать северный край земли, больше нет. Погибли несколько дней назад.
— Они дальше не пойдут, — шерстяные колобки, сгрудившиеся у костра, даже не шелохнулись, — будет чудом, если они дойдут назад, — глаза цвета лазури, неестественно светлые и ясные, уставились на Набатора. Тот, уже допив чай, разливает остатки горячей воды парализованным парням в чашки.
— Катись обратно с ними, — сказал он, — в Атлас. Вряд ли дирижабль ещё будет способен взлететь после того, как его разукрасили эти психи атланты[2], поэтому направляйся сразу к каравану кочевников, — человек по прозвищу тароданский медведь по-отцовски похлопал полукровку Данкана по спине, после чего встал, закинув свой мешок на плечо, и пошел в сторону перевала, палкой проверяя крепость льда впереди.

-/-/-

Небо в горах порой кажется чернее Тьмы на Земле, и более живым, чем Тьма на Земле. Ледяные небеса — это всего лишь несколько километров заснеженной и относительно ровной территории, по которой, тем не менее, плотно стелются облака и грозовые тучи. Здесь всегда ясная ночь, белый туман и ветер, заметающий следы. И это последний человеческий рубеж, черта, ранее никем из представителей человеческой расы не пересеченная, за которой таится множество вопросов, тайн, но вряд ли хоть какие-нибудь ответы, которые так яростно и отчаянно искал Данкан.
Набатор шел, проваливаясь в проклятый снег, который не хрустел под ногами, не блестел и не таял в котле на костре, потому что он был пеплом. Пепел является для горных духов тем же, чем для змеи её сброшенная кожа. Дыхание с едким запахом серы обдает марадина жаром и через плотный занавес облаков он видит, как оживают скалы и валуны, как горы вдруг начинают дышать и петь протяжным, стонущим голосом, словно провожают в последний путь отважного, глупого человека. Впервые за последние два месяца ему стало тепло.

-/-/-

— Ты сжег свою душу за каменной грядой, — повторяет голос в темноте и Данкан просыпается в холодном поту, потерянно осматривая комнату и пытаясь унять дрожь во всем теле, а особенно стук зубов, чтобы не разбудить свою беременную жену. Прошел с чертов десяток лет, а голос приемного отца каждую ночь на протяжении этих лет навещает его и говорит настолько странные и жуткие вещи, что мужчина нередко просыпался с криком ужаса и редко быстро приходил в себя. И как всегда, пробуждение происходит с первым лучом солнца из-за западного края земли, когда ещё холод горной ночи не отступил перед летним солнцем. Данкан выходит на крыльцо своего дома, аккуратно закрывая дверь, и наблюдает, как ветер смахивает с вершин снег и осыпает им город.
Предрассветное темное небо, туман, спускающийся с гор, и летящий с их вершин пепел.
Марад начинает дышать, кто-то потревожил крепкий сон Тародана, хранителя этих мест. Кто-то настолько же сильный и бессмертный, каким только может быть существо из класса божеств. Несмотря на старые предания, Данкан уверен, что это не Хельга возвращается после долгого пути обратно домой. Кто бы это ни был, он знает, что произошло десять лет назад на перевале Белого дракона. Он знает правду. И за ним сыпется пепел.
_____
[1] Марадины - народ, проживающий в западных землях у подножия гор Марад. Чистокровный марадин имеет черную кожу, волосы и темных оттенков глаза, невысоки ростом, но очень крепкого телосложения. Верят в богиню Хельгу, хранительницу горных людей.
[2] Атланты - народ, проживающий на северо-востоке рядом с лесом Кардинал, который, в свою очередь, находится у подножия Белых гор. Отличаются высоким ростом, светлыми кудрявыми волосами и темными глазами, в том числе представители этого народа "застревают" в психологическом развитии на стадии подростков вплоть до 30-35 лет.

+1

2

http://static.diary.ru/userdir/1/6/5/9/1659133/79307633.png

-/-/-

— Какая ирония: Бог ваш, всемогущий, милостивый, Отец и Создатель, хранитель жизни и рая, проклял весь ваш род человеческий в столь далекие времена, что сама Тьма не вспомнит. Какая злая ирония! Вас проклял Отец за грехи не ваши, а Адама и Евы, и цель проклятия уничтожить вас, и единственный способ искупить вину — смерть ваша. Как же злы шутки вашего Бога! Он позволил вам выжить, несмотря на Тьму, несмотря на потерянную цивилизацию, но вы все равно умрете. Насколько азартен Бог! Король рабов и зассанных заик!..

-/-/-

— И сколько, думаешь, эта штуковина в высоту?
— То, что от неё осталось, или то, насколько она была рассчитана? — дед хрипло хихикнул, вытирая лицо и старческую лысину влажной от пота тряпочкой. Аномальная для основного континента жара является на Оскол довольно обычной климатической картиной, хотя находятся они не так далеко от большой земли да и северные, в конце-концов, острова. Но ничто, ничто не может здесь помешать солнцу выжимать из людей последние соли, а как показало время, нет ничего губительнее для преклонных лет змеелова[3], как эта погода. Но историк-архитектор Майалав демонстрирует поразительную бодрость на фоне своих более молодых товарищей: Дино, самого что ни есть настоящего атланта в возрасте двадцати четырех лет, на которого легла вся тяжелая работа в экспедиции, и Чипапайа, не менее классического представителя змееловов и выполняющего работу везде пролезающего исследователя благодаря своей миниатюрности.
— Метров пятьсот, не ниже, — над маленькой исследовательской группой повисла гробовая, но преисполненная восхищением тишина. — Мне кажется, наши предки ещё задолго до Тьмы пытались дотянуться до небес. По-другому нельзя объяснить, зачем они строили столь... исполинские дома, — голос Майалава заметно дрожал: и то ли от восторга, то ли от страха того, во что его фантазия превращала руины. Восстанавливая настолько, насколько хватало его воображения.
— Только не говори мне: ты веришь в то, что наши предки прилетели сюда на огромном ковчеге? — Дино посмотрел вниз на старика, приподняв в удивлении брови. Чапапайа закатил глаза, вздохнул и продолжил возиться со снаряжением, все на сто раз проверяя: ему совсем не хочется рухнуть вниз хотя бы с трех метров, что говорить о руинах высотой в сто пятьдесят метров.
— А во что ты, невежда, веришь? — сказал он скрипучим голосом, — В дракошу белого? — и на этот раз хрип раздался со стороны Майалава. — А! А может в Бога? — тут его тон стал откровенно насмехающимся.
— Зачем ты так? Я же не высмеиваю ваши попытки создать новую человеческую породу, — Дино насупился и отошел в сторону телеги с грузом, явно не желая продолжать разговор. Чапапайа было открыл рот, чтобы начать возмущенную проповедь о научном вкладе подобных попыток, однако дед вовремя выдал ему подзатыльник.
— Не обижай маленьких, сколько раз тебе говорил.
— Да какой он, к черту, маленький? В нем два метра росту и двадцать четыре года!
— Чапа, ты в школе не учился что ли? — маленький человечек умолк, наматывая на руку канат. — Только ты не начинай обижаться, мне хватает одного атланта в своей экспедиции. Давай сначала низ исследуем. Чует моё сердце, там что-то интересное точно должно быть!
— Надеюсь, до первого этажа не аналогичную сотню метров придётся перелопатить, — змееловец усмехнулся и, как всегда, резко и без предупреждения ринулся во мрак руин.
— Вот же шкода, — Майалав покачал головой и с улыбкой пошел успокаивать расплакавшегося от обиды Дино.

-/-/-

— Какая муха тебя укусила? — спросил старик, оглядывая растерзанное крысиное тельце. Буквально минуту назад внимательность Майалава и быстрота действий Дино остановили Чапапайа от того, чтобы он сожрал сырое, сомнительного качества мясо. Малец, удивленно взглянув сначала в лицо атланта, который крепко его держал, потом переведя взгляд на архитектора, почмокал губами, словно бы пробуя на вкус то, что собирался произнести, но так ничего и не сказал, лишь судорожно вздохнул и расслабил руки, которые впивались ногтями в плечи захватчика.
— Парень, ты знаешь, как я отношусь к наркотикам, и я не против, если ты изредка ими балуешься, но мы сейчас изолированы.
— Что? — чуть ли не пискнул Чапапайа, — Я не принимаю...
— Конечно, конечно, — покивал старик, — а пальцы с руками у тебя просто так трясутся время от времени, и ходишь тут во время сна, болтая с кем-то, тоже просто так, — говорил он с нажимом, — я уже молчу про то, что жрать нормальную еду ты не хочешь, а вот до крысы вдруг стал очень охотен! — Майалав резко встал, закинул труп крысы в даль не целясь, вытер руки об платок и кинул его пареньку. И пока взрослые собирали вещи — утром они собирались уже выходить в путь обратно к дирижаблю — Чапапайа погрузился в собственные мысли и так и замер на двадцать минут, сидя на коленях и прижав ко рту платок.

-/-/-

— Да кто же ты? — прохрипел Майалав, пытаясь отдышаться и при этом не уронить ножны - все, что осталось от меча Дино. И самого Дино тоже.
— Мы, — скрипучим голосом сказали они, захлебываясь от крови во рту Чапы, — МЫ! — взвыли они и Чапапайа закашлялся. Ему было тяжело дышать: легкие прожигала собственная красная жидкость, барабанные перепонки, казалось, лопались от давления, пуская кровь из ушей, а глаза застелила Тьма — та самая, живая. И старик тоже плакал: он видел мучения своего друга, он видел, как тот разрывал брюхо Дино, который, пожалуй, спросонья даже не сразу понял, что за лицо перед ним, а потому уже побелевшие глаза мертвеца преисполнены немого ужаса. Чапапайа все понимал, что делал, но не мог остановиться.
Раздался звериный истошный крик. Удар и треск. Майалав только и успел что занести ножны для очередного удара по челюсти человека, когда безумец схватил его за ноги, свалил наземь и навис над ним. Змееловцу в глаза вглядывались две бездонных черных дыры, в которых, казалось, копошились черви: они падали ему на лицо, ища ходы внутрь. Он понимал, какая смерть его ждет, и даже немного позавидовал быстрой, хоть и жестокой смерти Дино.
— ИМЯ НАМ ТЕБЕ НЕ НУЖНО, — прошептали они.

-/-/-

..— Посему тебя, змий проклятый и легион диавольский, заклинаем Богом Живым, — звериный крик сотрясает стекло, — Богом истинным, — рука с флягой воды рассекает воздух сначала сверху вниз, после поперек, — Богом святым, — брызги воды вновь попадают на бледную кожу, практически сразу испаряясь со змеиным шипением, — прекрати обманывать людей и изливать на них яд вечного проклятия; перестань вредить Церкви и свободу Ее облагать оковами. Изыди, измыслитель и хозяин всякой лжи, враг спасения человеческого! — скрип веревок заставил двух крупных мужчин дернуться к одержимой, прижимая её к стулу. Священник, одетый в черное строгое пальто, невзирая на опасность, приблизился к Ииде, наклонившись к ней и оказавшись лицом от её лица в десятке сантиметров.
— Именем Господа, я приказываю тебе: скажи мне имя своё! — сказал он громко и четко, властно, как только может это сделать человек после трех часов безуспешного экзорцизма. Но в ответ на этот раз вместо проклятий он получил блевоту. Все трое отринули от смеющийся и булькающей женщины, выгибающей шею под неестественным углом, как бы того и желая, чтобы хрустнули кости.
— Держите её, мать вашу! — завопил священник, когда увидел, что вытворяют бесы с телом жертвы. А она все смеялась, смеялась, смеялась, весело оглядывая собравшихся вокруг людей. Экзорцист вытер лицо шарфом, кинув себе под ноги, чтобы тварь не смогла воспользоваться им во время ритуала и все сорвать к чертям.
— Не скверно-о-ословь, — протянула хриплым и механическим голосом Иида. Она очень долго пыталась смутить своего мучителя посредством поддержания зрительного с ним контакта, хотя из её глаз давно текла черная смола и сами они были до краев полны ей. Вспухшие и покрасневшие. И ей было весело, пока не пришло осознание, что экзорциста не пошатнуть, поэтому в последние минуты в поведении проглядываются черты отчаяния и паники. Она вообще не может завладеть никем из этой комнаты. Это сводит демона внутри неё с ума. Священник это видел и радовался душой, что скоро все закончится, остался лишь последний рывок. Это также понимал и исполнитель.
— Братик! — внезапно раздался девичий испуганный голос и чистые голубые глаза, полные слез и боли, взглянули прямо в душу третьему помощнику, Александру, что, как и подобало инструкции, был одним из родственников жертвы. — Братик, мне больно! Мне очень больно, помоги мне, умоляю, прекрати это! Что я тебе сделала, чем обидела? Прости меня, брат, умоляю прости! — смекнув, чего добивается бес, исполнитель точным и быстрым ударом головой ломает нос Алексу и последний падает навзничь.
— ТЫ БУДЕШЬ ГОРЕТЬ В АДУ, — хор голосов вырывается из глотки Ииды, глаза её вновь застелены непроглядной тьмой и теперь заглядывают в душу последнему, не позволяющему ей освободиться от веревок, — ЭТО Я ТЕБЕ ГОВОРЮ, — кричат они, — ЭТО МЫ ВСЕ ТЕБЕ ГОВОРИМ, ЭТО ГОВОРИТ ТЕБЕ ИЕЗУИТ, ХОЗЯИН НАШ, ГОСПОДИН НАШ!
— Да восстанет Бог...
— И СГНИЮТ СЛУГИ ЕГО! — визг.
— ...и да бегут от лица Его ненавидящие Его!
— ПЛЮЮТ В ЛИЦО! — зубоскалят.
— Как рассеивается дым, Ты рассей их; как тает воск от огня...
— ТАК МРАЗИ БОЖЬИ БУДУТ СОЖРАНЫ! — вопль.
— Вступись, Господи, в тяжбу с тяжущимися со мною...
— В МАТЬ ТВОЮ ЗАСАДИЛ СЕМЯ УБИЙЦА ДЕТЕЙ! — смех.
— Да постыдятся и посрамятся ищущие души моей...
— ТЕБЯ НЕ ЖЕЛАЛИ ТЫ ДЕРЬМО ОТ МАТЕРИ ШЛЮХИ СВОЕЙ! — ликуют.
— Да обратятся назад и покроются бесчестием умышляющие мне зло...
— Тебе же это нравится, — шепотом произнес один единственный голос и в темноте блеснули два огня в бездонных глазах.
Выстрел.

-/-/-

Ланар и Дасгер сидели на мраморных разбитых ступеньках и докуривали третью или четвертую трубку крепкого табака, наплевав на все табу гребанной Церкви. Они молчали очень долго, ибо никто не хотел говорить о том, что произошло там, в комнате, во время последней попытки изгнать демонов из тела двадцатипятилетней женщины, и о том, что они говорили. Им достаточно было знать, что это «что-то» крайне отвратительно, ибо Ланар раньше никогда не пропускал целую строчку из псалма. Допустить такую ошибку подобно смерти. Этот случай не стал исключением.
— Надо бы её сжечь, не стоит затягивать, — Дасгер имел плохое зрение, поэтому согласный кивок Ланара узнал только по шевельнувшимся золотистым кудрям. Порой его посещала мысль, насколько они мягкие и упругие, эти локоны. Да что врать, посещала очень часто за последние пять лет путешествий с этим молчаливым и невыносимо хмурым атлантом. — Думаешь, это была правда: то, что она нам рассказала про Оскол? — не удержался и спросил инквизитор, крайне неохотно поднимаясь на ноги и проверяя на месте ли револьвер.
— Понятия не имею. Раньше такого не было, — хмыкнул, — они не из тех, кто будет трепаться не по делу, — пояснил экзорцист, шумно выдыхая через нос зеленоватый дым.
— Мало ли, вдруг им захотелось...
— Захотелось? — желтые глаза впились в Десгера, как змея цепляется взглядом за мышь, — ты слышал их? Это не просто бесы. Там сидел кто-то ещё, имеющий своё имя, которого ни в одном писании или хрониках изгнаний не упоминалось! — повысил голос Ланар, — кто-то пытается не просто навредить людям. Кто-то пытается прийти к нам, — уже перейдя на шепот, он пытался скрыть страх в голосе. — Не спроста он рассказал нам о прошлом, — золотистые локоны вновь зашевелились на голове и атлант направился в сторону дома, достав спички. Инквизитор, переваривая услышанное, молча поспешил за ним.
Зайдя в комнату они обнаружили все также лежащее тело брата жертвы с пустотой внутри и доносящимися оттуда звуками хлюпанья копошащихся насекомых; кровь на полу и стенах, ошметки мозгов, вот только вместо женского тела с дыркой в голове они нашли лишь надпись на стене возле разбитого окна, которое до их ухода оставалось целым.
«ОН РЯДОМ».
_____
[3] Змееловы — народ на юге материка, живущих рядом с сумеречным лесом. Имеют средний рост, серую кожу, глаза и волосы, худощавое, но жилистое тело. Алхимики (только чистокровные представители народа), создатели химер. Убежденные скептики.

p.s. если кто запутался: первый абзац является началом предпоследнего и события в них происходят через два века после пандемии одержимости, которая началась спустя полгода после событий, описанных абзацами 2-5.

0



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC